Том 1    
Глава 7

Глава 7

«Каждый день для Ромимэриганы был унылым. Очень унылым.

Кроме того, Ромимэригана осознала, что её единственная поддержка, Исон, привёз её туда только под предлогом “исследования”.

Он не показывал никаких следов любви или привязанности к ней.

В его стремлении удовлетворить собственное любопытство, Исон задавал ей всевозможные вопросы и проводил детальные проверки её тела.

Несмотря на её разочарование, Ромимэригана никогда не думала о том, чтобы покинуть Исона. “Всё в порядке”, — думала она про себя. До тех пор пока она могла “удовлетворить” Исона — даже если там не было ни любви, ни страсти — в нахождении рядом был смысл.

Следовательно, она могла устоять, даже если другие люди осыпали её любопытствующими взглядами или презрительным смехом.

Хоть она и была взаперти в маленьком домике, для неё он был миром».

Нишизоно Юко.

«Расширяющийся мир Ромимэриганы»

*****

Настала суббота. Аруми, которая осталась вчера с ночёвкой, начала своё утро с уборки дома и готовки. И не только этого, когда я полусонный и в пижаме пришёл в гостиную, из-за шума…

— Эита! Как долго ты планируешь оставаться в этих вещах?! Так не пойдёт! Ты должен одеться получше!

В итоге она меня отчитала. Шинономэ придёт днём, так что времени всё ещё предостаточно. Тем не менее, Аруми отвергла все мои протесты и затолкала меня в ванную комнату.

— Помойся! Что насчёт твоей одежды? Ты выбрал, что наденешь? Всё в порядке?

Мне пришлось передать это Аруми.

— Обычные вещи должны подойти, Аруми. Это не особый случай.

Хоть я и сказал это, Аруми всё равно упрямо отвергла моё мнение.

— Конечно, особенный! Эита приводит домой его подружку! Интересно, какая она девушка? Сестренка становится взволнованной!

Я глубоко вздохнул. Я изо всех сил старался отрицать это, но Аруми вбила себе в голову, что Шинономэ являлась моей девушкой. У меня не было возможности опровергнуть их. По крайней мере, я должен напомнить ей о том, чтобы она не приставала к Шинономэ слишком много. Однако всё будет напрасно, если она для начала не успокоится.

Аруми удовлетворённо кивнула, когда увидела, что я умываюсь. Затем её прицел развернулся к Кёске.

Она прокричала в сторону второго этажа.

— Кёске! Тебе тоже уже пора бы просыпаться!

Она вообще не расслабилась. Только в этот раз, я не чувствовал по отношению к Кёске ничего кроме жалости — как кому-то, кто обычно спит до обеда, оказаться разбуженным ради чего-то такого должно быть глупо.

Аруми была на кухне, занятая готовкой, когда я вернулся в гостиную со сменной одеждой. Чисто из любопытства я бросил туда короткий взгляд и сразу же понял, что она готовила тушёное мясо. В сравнении с её обычными блюдами, огромная разница в запахе и цветах этого тушёного мяса, подсказывала, что, вероятно, она начала делать его ещё вчера.

— Я тушила его восемь часов, начиная со вчерашнего дня.

Счастливо произнесла Аруми. Приглядевшись, я смог увидеть тёмные круги под её глазами. Это действительно выглядело так, будто она готовила тушёное мясо всю ночь, без сна. Я не смог не пожать плечами в раздражении от того, насколько это было безумным.

— Ах, она не против мяса?

Внезапно, взволнованно поинтересовалась Аруми.

— Никаких проблем, она не…

Именно тогда я осознал, что ни разу не обедал и не ужинал с Шинономэ. Фильм был во второй половине дня, и мы разошлись перед ужином. Мы ели вместе, когда были в парке развлечений, но то были просто сэндвичи без мяса внутри.

Вероятность того, что Шинономэ не нравится мясо, не равняется нулю, но теперь уже слишком поздно переживать о таких вещах.

— О, точно, когда ты планируешь подавать его?

Прежде чем я понял это, настала моя очередь задавать вопросы Аруми. Аруми ответила с озадаченным выражением на лице.

— Э? На ужин. Почему спрашиваешь?

Шинономэ придёт днём. Тем не менее, до ужина пройдёт не менее четырёх часов и это очень оптимистичная оценка.

— Мы ужинаем вместе?

— Почему непреклонное выражение?

Не имея дома абсолютно ничего, как я должен провести четыре часа с Шинономэ? Должны ли мы убить время картами? Кёске, Аруми, Шинономэ и я играющие в игру Семи? Я бы предпочёл не думать о таком. Моим оригинальным планом было поговорить с ней о мелочах в течение часика или двух, прежде чем отправить её домой, но Аруми, наверное, помешает мне сделать так. Предполагая, что Шинономэ в любом случае согласится на это.

— Нет, ничего особенного.

Честно говоря, просто думать о том, что произойдёт достаточно удручающе. Когда я сел на диван в гостиной, собираясь включить телевизор, Аруми переключила её внимание на ситуацию на втором этаже.

— Прости, что беспокою тебя, Эита, но разбуди, пожалуйста, Кёске. Я уже ходила к нему в комнату, но он просто отказался просыпаться.

Еженедельная рутина Кёске включает в себя то, что он читает всю ночь напролёт вплоть до утра в течение выходных, так что сейчас возможно, что он проспал лишь три или четыре часа. Будить его просто жестоко.

— Он проснётся довольно скоро, я думаю? Не важно, если он продолжит спать…

Очень хорошо зная, как трудно иметь дело с Кёске, когда он просыпается, я придумал отговорку в своей попытке тактично избежать задачи, но у Аруми был другой план на уме.

— Так не пойдёт! Кёске будет в прострации целых два часа после того как проснётся! Если он не будет вести себя должным образом, то это будет грубо по отношению к твоей девушке!

— А?

— Мы с Кёске твои действующие опекуны, так как твоих родителей нет рядом! Мы должны будем представить себя должным образом! Теперь, пошёл!

Кажется, для обсуждения больше не осталось места. Я неохотно встал и пошёл на второй этаж.

Когда я постучался в дверь, ответа из комнаты не последовало. Когда я осторожно открыл дверь, всё было, как я и ожидал — Кёске лежал в постели, закутавшись в одеяло.

— Аруми закатит истерику, так что вставай уже.

Я потряс его тело в попытке разбудить, но Кёске не демонстрировал признаков пробуждения. Это создаёт большое давление на меня — Аруми будет ворчать на меня, если я вернусь в гостиную, ничего не сделав.

Не имея на руках другого выбора, я решил поубивать время в комнате Кёске до тех пор, пока он не проснётся. Чтобы убить время, я начал рыться в куче книг и в ней оказался журнал «Йотака», который подписала Шинономэ. Поверх него были сложены более свежие журналы. Пока я аккуратно просматривал лежащие внизу книги, при этом стараясь не уронить стопку, я нашёл несколько копий «Йотаки», которые были от более ранних дат, чем тот, который я ранее одалживал.

Я начал просматривать обложки, мои глаза сфокусированы исключительно на названиях и содержаниях. Меня интересовали только те, в которых были работы Шинономэ. После недолгого выбора, я потащил стопку журналов к компьютерному столу Кёске, сел на стул и принялся читать самый старый выпуск. В журнале присутствовала дебютная работа Шинономэ «Несчастные глаза Сани Яка».

Очередная история, которую я не сумел понять.

Как и другие истории, написанные Шинономэ, действия этой не происходили в современном мире. Это классифицируется как научная фантастика или как фэнтези? Рассказ не был классифицирован так как был опубликован в литературном журнале, но для меня, он ощущается далёким от обоих жанров.

В следующем рассказе и следующим за ним всё было одинаково. Все истории происходили в вымышленных мирах. Ни один из них не был футуристическим миром, а также в них не было упоминания таких терминов, как «Япония» или «Америка».

Читая их, я начал вспоминать то, что сказала Шинономэ.

Для написания длинной истории человеку требуются необходимые знания или опыт. Хорошо зная о том, какие у неё были слабости, она писала про вымышленные миры.

Другая схожесть её работ заключалась в том, что в них не было романтических элементов. Даже когда в них были мужской и женский персонажи, между ними не расцветало любви. Все персонажи механически выполняли свои роли — по крайней мере, таким это казалось мне. Однако, поскольку её истории не основывались на том мире, в котором живём мы, кто-то, наверное, мог бы интерпретировать это как: «наверное, это такая атмосфера, которую она пытается изобразить».

С такой интерпретацией на уме, истории Шинономэ могли быть «довольно приличными» в таком отношении. Однако, как тот, кто едва читает, не мне судить.

Как раз когда я закончил читать журналы, которые собрал (или точнее, рассказы Шинономэ в них), тело Кёске пошевелилось на фоне его ритмичного дыхания. Со всё ещё висящим на его теле одеялом, Кёске, кажется, проигнорировал моё присутствие, подняв свои очки с компьютерного стола, прежде чем неуклюже надеть их. Затем он наконец-таки развернулся, чтобы посмотреть на меня.

— Что ты делаешь?

Я закрыл журнал.

— Аруми попросила меня разбудить тебя, но ты так и не проснулся, поэтому я остался здесь и ждал. Она бы снова погнала меня сюда наверх, вернись я в гостиную один.

— Верно.

Кёске пальцами зачесал свои взлохмаченные волосы наверх и поднялся с постели с раздражённым взглядом на лице. Когда он увидел журнал, который я читал, он ничего не сказал и вышел из своей комнаты, наверное, чтобы умыться или что-то вроде того. Чувствуя облегчение за своё наконец-таки выполненное задание, я положил журналы обратно на кучу и покинул его комнату.

В моей комнате, на мобильном телефоне было сообщение от Шинономэ.

«Доброе утро. Можно ли прийти в два часа дня? Я действительно не побеспокою твою семью?»

«Нет, никаких проблем. Напиши мне, когда сядешь в поезд, ладно? Я заберу тебя со станции».

«Поняла. Давай оставаться на связи».

Я назвал ей ближайшую к дому станцию. Там не будет никаких трудностей с пересадками и это также минимизирует шанс того, что она потеряется. Тем не менее, я держал телефон в кармане своих штанов, даже когда пришёл в гостиную, на случай, если ей понадобится связаться со мной в экстренной ситуации.

Кёске читал газету с сигаретой во рту, его взлохмаченные волосы всё ещё не тронуты. Ранее Аруми настаивала на том, чтобы я переоделся, но когда дело дошло до Кёске, она промолчала, готовя вместо этого завтрак на кухне. Возможно она по опыту знала, что ожидать чего-то от Кёске, когда тот только что проснулся, бесполезно. Наверно, она оставит его в покое примерно на два часа.

«Единственное, что осталось перед тем, как связаться с Шинономэ и дожидаться её на станции — это быстрый завтрак», — думая о таких вещах, я вдруг заметил…

— Ах.

Кёске бросил на меня короткий взгляд, но ничего не сказал и вернулся к своей газете. Возможно это было из-за того, что его мозг ещё не работал на полную мощность. К счастью он не спросил меня о том, для чего это было.

Когда я вставал, Аруми спросила из кухни.

— Куда ты собрался, Эита? Завтрак готов.

— Я скоро вернусь. Мне нужно позвонить.

После этих слов, я прошёл в свою комнату и вытащил свой телефон. Нашёл в списке контактов номер Шинономэ и нажал кнопку вызова.

Голос Шинономэ раздался примерно через три гудка.

— Алло?

— Ах, извини за внезапный звонок. Мне бы хотелось с тобой поговорить.

— На предмет?

— Ты придёшь ко мне домой сегодня, правильно? В силу разных причин, ситуация каким-то образом превратилась в то, что моя девушка посещает мой дом…

От Шинономэ не последовало ответа, когда она услышала это предложение. Только тишина.

— Наши отношения довольно сложны, так что они могут не понять всего, даже услышав наше объяснение. Поэтому, я был бы очень признателен, если бы ты смогла пойти на сотрудничество со мной и представиться моей девушкой.

Шинономэ по-прежнему молчала. Учитывая то, как рано было, возможно, она ещё не полностью проснулась? Такое впечатление, что Шинономэ та, кто страдает от низкого давления, так что она может быть очень схожа с Кёске, когда дело доходит до утра. Он вряд ли отреагирует на разговор.

— Девушка моего брата немного… понимаешь. В конечном итоге она может бесконечно донимать тебя, так что можешь, пожалуйста, терпеть её? Я сделаю всё возможное, чтобы спасти тебя в такой ситуации.

Наконец, Шинономэ ответила тонким голосом.

— М-м-м, поняла.

Её голос был монотонным, как обычно — возможно, она только проснулась. Если это так, мне следует положить трубку, так как я закончил со всем, что хотел сказать…

— Тогда, до встречи…

Как раз, когда я собрался отключить звонок, я направил Шинономэ внезапный вопрос.

— О, точно, Шинономэ. Ты ешь тушёное мясо?

— Тушёное мясо?

— Ага. Девушка моего брата всю ночь не спала, готовя его для нашего ужина. Так что, если тебя это устраивает… и если время позволит, почему бы тебе не присоединиться к нам на ужин?

— Ну… М-м-м, я не против. Спасибо.

— Не, я ничего не сделал.

— Что ж, до встречи.

— М-м-м.

Когда раздался звук разъединённого соединения, я испустил огромный вздох облегчения, как если бы только что закончил какую-нибудь серьёзную работу. Боже, для меня это немалый стресс. Корень всех моих проблем заключается в том факте, что они не понимают наши отношения. Для меня было бы проще, будь она моей девушкой на самом деле.

Когда мысль пришла мне в голову, было чувство разочарования.

Хотя я хотел, чтобы это случилось, этого никогда не случится.

По другую сторону двери была «немного… понимаете» зовущая меня Аруми. Похоже, завтрак был готов.

Я ещё раз вздохнул и вышел из своей комнаты.

*****

Время отсчитывалось с тех пор, как с завтраком было покончено.

Кёске поступил равно так, как и предполагала Аруми: спустя два часа после пробуждения он, наконец-таки, причесался и переоделся так, чтобы показать себя в «презентабельном» виде. Что же до Арумин, она как всегда оставалась занятой, в один момент протирая пол и в другой проверяя состояние тушёного мяса. И только, когда она со всем покончила, то спокойно села на диван, чтобы посмотреть телевизор.

— Давайте пообедаем простенько, хорошо? Я бы предпочла, если бы мы смогли поужинать пораньше.

Мы согласились с предложением Аруми и пообедали удоном. После этого, когда я собирался поискать, что ещё поделать, пришла смс-ка от Шинономэ.

«Я сейчас в поезде. Я должна приехать туда примерно через полчаса».

Я встал, прочитав её сообщение. Аруми тут же повернула голову.

— Ах! Она уже едет? Ты заберёшь её?

— Ах… Эм, ага.

— Поняла! Я приготовлю чай!

С этим, Аруми снова сделала себя занятой. Что же до Кёске, он продолжил читать.

Солнце ярко светило, температура была достаточно высокой, чтобы меня пробило на пот. Я оставался в тени насколько мог, пока шёл к станции. На то, чтобы добраться до станции уходит максимум минут пятнадцать, даже если идти прогулочным шагом, так что это должно закончиться тем, что я прожду её некоторое время.

Придя на станцию, я прислонился к столбу у турникетов. Поезд с направления Шинономэ прибыл в тот же самый момент. Заглядывая за турникеты, я сканировал сходящих с поезда пассажиров, но не мог увидеть среди них Шинономэ. Судя по времени, поезд Шинономэ должен быть следующим, так что я продолжил витать в облаках.

Спустя десять минут, прибыл другой поезд. Однако Шинономэ по-прежнему нигде не было видно. Озадаченный, я проверил время на своём телефоне. Прошло ровно тридцать минут с её сообщения, в то время как следующий поезд будет здесь через десять минут.

Шинономэ никогда не опаздывала. На самом деле, она всегда приходила раньше. Я немного волновался.

Могло ли с ней что-то случиться? И тогда…

— Она уже вернулась домой…

Шёпот. Она в самом деле передумала? Её взбесило то, что я сказал сегодня утром? Могла ли она кинуть меня по такой причине? Я не мог не думать о таких вещах.

Если это так, нормой должно быть связывание с другим человеком. Однако мы здесь о Шинономэ говорим. Я вроде как мог понять, какой бы курс действий она не выбрала.

«Ты ещё не приехала?»

Я планировал отправить эту смс-ку, но отказался от затеи. Неприглядно, так давить на неё. Она писала «примерно через полчаса», не в течение получаса и не точно через полчаса. А значит, есть какой-то запас времени — ну, как правило. Надеюсь.

Я не хотел раздражать её, теряя терпение и строча ей.

Честно говоря, я не хочу, чтобы Шинономэ разлюбила меня. Сомневаюсь, что она вообще любит меня, так что тем больше причин не попадать в её чёрные списки.

Моим единственным вариантом было ждать Шинономэ на станции, подобно преданному псу.

Пока я думал о таких вещах, на противоположную платформу прибыл поезд. Я никогда не обращал на неё особого внимания, так как не ожидал, что Шинономэ выйдет с того направления.

Но я ошибался, Шинономэ была одной из многих пассажиров, что сходили с поезда. Она была в хвосте толпы, когда вышла, но совершенно неожиданно, она спешно пошла вперёд и вышла через турникеты, я был честно удивлён.

— Я ожидал, что ты сядешь на поезд с противоположного направления.

Отметил я, когда Шинономэ подошла ко мне. Она развернулась, чтобы посмотреть на платформу прежде чем сконфуженно опустить голову.

— Я пропустила остановку, так как читала…

— А, ясно.

— Прости за опоздание.

— Нет, всё в порядке. Я не слишком долго ждал.

Таким был мой ответ, чтобы не дать ей понять, как мне было неловко от того, что она опоздала.

Мы вдвоём начали идти домой. Даже при том, что я решил оставаться в тени насколько мог, из-за жары с моего виска всё равно скатывался пот, который я смахивал рукой. Обеспокоенный запахом пота, я решил держаться на расстоянии от Шинономэ.

С другой стороны, Шинономэ шла невыразительно. Несмотря на то, что на ней был надет кардиган (тот, который она обычно надевает), в то время как на мне была надета простая футболка, на её теле не было и капли пота.

— Ты не потеешь?

Если подумать, то я редко вижу, чтобы Шинономэ потела, потому я задал вопрос, пока мы шли.

— Э?.. С чего вдруг такой вопрос?

— Я не помню, чтобы видел тебя потеющей. Сегодня довольно-таки жарко, не так ли?

— Не то, чтобы я не потела…

Сказав это, Шинономэ легонько наклонила голову и неожиданно потянулась к моим рукам. Затем она нежно раскрыла мой сжатый кулак и взяла меня за руку. Я почувствовал незначительную влагу на её ладони.

— Видишь?

— А, да…

Это напомнило мне о том, какой липкой была ладонь Шинономэ, когда мы катались на американских горках в парке развлечений. Наверно, она пытается сказать, что так работает её тело.

Когда мы покончили с нашим разговором, Шинономэ нерешительно отпустила мою руку, но я наоборот отозвался крепкой хваткой. Краем глаза я видел, что Шинономэ смотрела на меня. Однако я не посмотрел ей в глаза. Встретиться с ней глазами прямо сейчас было бы невероятно неловко.

Шинономэ молча позволила вести её, держась за мою руку. Я также промолчал. Почему-то казалось, что если бы мы заговорили, то я был бы вынужден отпустить её руку.

И так мы дошли до моего дома, не произнеся ни слова.

Казалось, что увидь Аруми, что мы держимся за руки, то она стала бы дразнить меня, так что я отпустил руку Шинономэ, когда мы были у самой двери. Шинономэ избегала того, чтобы смотреть на меня и заговорила.

— Я… немного нервничаю…

Со своей рукой на дверной ручке, я повернул голову и сказал.

— Расслабься, всё будет нормально. Мой брат почти не разговаривает, хотя его девушка может быть довольно разговорчивой. Я помогу тебе.

— М-м-м…

Затем я повернулся спиной к заикающейся Шинономэ и повернул ручку. Передо мной мгновенно возникла Аруми, чем немного меня удивила.

— Добро пожаловать!

Увидев меня, прокричала Аруми. После чего она умело поставила на пол две пары тапочек. Похоже, она готова принять нас в любой момент. Должен отдать ей должное, она увлечена этим гораздо больше, чем я себе представлял. Я развернулся и сказал Шинономэ.

— Заходи.

Судя по тому, как неуклюже Шинономэ вошла в дом, можно было без труда увидеть то, насколько она нервничала. Аруми мягко кивнула.

Она усмехнулась, наблюдая за Шинономэ.

«Наверное, Аруми одна из причин, по которым Шинономэ ведёт себя так взволнованно», — подумал я, последовав за Шинономэ. Поэтому я прошептал Аруми на ухо.

— Подожди пока там.

Аруми оказалась не слишком довольной моей просьбой, но всё равно сделала, как я сказал и прошла в гостиную.

Я призвал Шинономэ надеть тапочки, в то же время, надевая свои, но Шинономэ осталась прикованной к земле. Её глаза были зафиксированы изумлённо в направлении Аруми.

— Что-то не так?

Спросил я. Шинономэ нежно ответила.

— Она такая красивая.

— Разве?

Я наклонил голову, не подтвердив того, что она только что сказала.

И только когда я позвал её ещё раз, Шинономэ шагнула в проход.

Кёске сидел рядом со столом в гостиной, читая и при этом куря. Когда Аруми попросила его перестать курить, Кёске незаинтересованно потушил сигарету, использовав пепельницу рядом с собой. Никогда не думал, что Кёске будет достаточно благоразумен, чтобы знать, что не стоит курить рядом с несовершеннолетним гостем.

Кёске выпустил белый вздох — наверное, для того, чтобы выпустить из лёгких оставшийся дым — взглянув на стоящую за мной Шинономэ. И тогда Кёске слегка прищурил его глаза. Кёске не совсем жестоко выглядящий парень, но каждый раз, когда он прищуривает глаза, это выглядит так, будто он вглядывается в кого-то. Шинономэ испуганная взглядом отступила назад.

— Что случилось?

Задал я вопрос вместо Шинономэ.

Кёске продолжил смотреть на меня… или точнее он смотрел на Шинономэ.

— Ты…

Я вздрогнул, услышав низкий голос Кёске.

«Почему я об этом не подумал», — подумал я.

— Нишизоно Юко, не так ли?

Спросил Кёске.

Как я и думал. Хотя этого следовало ожидать. Кёске — книжный червь, человек, который тщательно прочитывает «Йоткаку» каждый месяц. Разумеется, он видел журнал с фотографией Шинономэ. Не говоря уже о том, что у Кёске превосходная память.

— Ах…

Вскрикнула Шинономэ.

— Э… что-то не так? Что-то случилось?

Подготавливающая чай на кухне, Аруми вышла оттуда, почувствовав, что что-то было не так.

— Н-ничего. Просто продолжай делать то, что делаешь.

Причина, по которой я сказал это, была в том, что всё стало бы ещё запутаннее, если бы Аруми оказалась вовлечена. Аруми несколько раз посмотрела то на Кёске, то на Шинономэ, после чего пробормотала.

— Почему ты оставляешь меня в стороне?

— Нет, я позже всё тебе расскажу… Шинономэ, пожалуйста, садись. Мне никогда в голову не приходило, что это может произойти, так что мне жаль.

В своей попытке по контролю урона, я усадил Шинономэ на место в слегка силовой манере и настоял на том, чтобы Аруми вернулась на кухню.

Когда я сел, пришла Аруми с подносом, на котором стояли чашки и чайник.

— Что ты предпочитаешь, красный чай или кофе?

Шинономэ нервно ответила на вопрос Аруми.

— Ах. Кофе… пожалуйста…

Пока Аруми подготавливала кофе, я усердно размышлял над тем, как должен объяснить это.

В любом случае, секрет уже выдан. У меня нет иного выбора, кроме как раскрыть факт того, что Шинономэ — писательница. Всё же, мне нужно получить одобрение Шинономэ.

— Могу я рассказать им, что на самом деле ты писательница?

Я наклонился к её уху и прошептал вопрос. Шинономэ твёрдо кивнула.

Аруми села за стол, когда закончила подготавливать напитки. Так что я прочистил горло и начал своё объяснение — не забыв также представить им Шинономэ — того, что на самом деле она писательница.

*****

Услышав правду, Аруми на самом деле оказалась той, кто была взволнованна, вместо Кёске, несколько раз повторив такие фразы как: «Это невероятно!» и «Ого…». С другой стороны, Кёске, казалось, утратил интерес, как только подтвердил тот факт, что «Шинономэ = Нишизоно Юко». Он не произнёс ни слова.

Когда мы покончили с тортиками и кофе, всё то, что должно было быть сделано, было сделано. Каким-то образом, как только наши разговоры прекратились, возникло такое чувство, будто Аруми была готова собрать все сплетни и засыпать Шинономэ вопросами (точнее, о её отношениях со мной). Я подготовил Шинономэ к тому, как Аруми ошибочно считала нас парой, но, честно, я не чувствую, что Шинономэ обладает необходимыми актёрскими навыками для отбивания от атак Аруми.

— Тогда… Могу ли я обращаться к тебе, как к «Юко»?

Когда Аруми произнесла свою просьбу, это был момент, в который я подумал — «Это началось».

— Ах, конечно…

Я знал, что их разговор не будет развиваться ни в каком отличном направлении и потому неожиданно встал, и посмотрел в сторону Кёске.

— А, точно. Я подумывал показать ей твою комнату.

Все зафиксировали взгляды на мне. Что же касается меня, мой взгляд был зафиксирован на Шинономэ.

— Мой брат тоже сильно увлекается книгами, так что он очень дорожит своей коллекцией. Я подумал, что для тебя будет интересно посетить его комнату. Тебе нравятся книги, не так ли?

— М-м-м-м…

Когда я увидел, что Шинономэ неловко кивнула, я повернулся к Кёске.

— Так, нам можно зайти в твою комнату, чтобы взглянуть на неё? Обещаю, мы не устроим беспорядок.

— Поступайте как хотите… Только не роняйте стопки книг.

— Замётано.

Раз он дал своё согласие, теперь всё зависит от меня. Я поднял Шинономэ и повёл её по лестнице на второй этаж. Шинономэ выглядела сбитой с толку и потерянной.

Когда мы открыли дверь в комнату Кёске, нас встретила смесь из разных запахов.

— Комната сильно пахнет дымом. Мой брат заядлый курильщик.

Сообщил я Шинономэ, перед тем как пригласить её внутрь.

Зайдя в комнату, Шинономэ принялась осматривать логово Кёске.

— Ого…

Шинономэ издала очень нехарактерный, наполненный эмоциями возглас.

— Впечатляет, не так ли? Может так и не выглядит, но это оставшаяся половина того, чем он обладал в том году, от другой половины он избавился.

Хотя она едва ли слушала мои объяснения, её взгляд был неотрывно зафиксирован на стопках книг. Вот вам и книжный червь. В её глазах комната Кёске должно быть выглядела как ценный клад — это то немногое, что я знаю, несмотря на не особую любовь к книгам.

Когда он ещё был маленьким, Кёске уже раскошеливался большой частью своих карманных денег на книги и даже бывали случаи, когда он просил карманные заранее. Я сам не очень уверен в деталях, но, кажется, Кёске потратил десятки тысяч йен, чтобы через онлайн аукционы заполучить редкие книги.

— Ого, здесь есть даже «Эрендира»

Прошептала Шинономэ, поглаживая книгу, которая лежала наверху одной из многочисленных книжных стопок.

— А?

Я подошёл к ней, не имея ни малейшего понятия о том, про что она говорила. Шинономэ развернулась и с яркой улыбкой произнесла.

«Эрендира». Это моя самая любимая повесть.

Название книги, которую гладила Шинономэ и впрямь читалось, как «Эрендира». Она была написана Маркесом, имя, которое я никогда раньше не слышал. Я понятия не имел о том, известен этот автор или нет. Я мог бы немного поболтать с ней, если бы мы говорили о таких авторах как Акутагава Рюноске или Дазай Осаму (авторах, которые появляются на японских уроках), но я совершенно невежественен, когда дело касается иностранных писателей. Знания, которыми я обладал, ничем не отличались от таковых у обычного человека.

— Она интересная?

Я терпеть себя не мог за то, что имел в голове только этот вопрос. Шинономэ наклонила голову и ответила.

— Такое ощущение, что это гораздо больше, чем просто быть интересной или нет… Она реалистична, несмотря на то, что является вымышленной и она одновременно юмористическая, при том, что угнетающая…

Довольно языко-закручивающий ответ, но судя по тому, как она её описала, она должно быть очень любила эту книгу. И всё же, я был неспособен озвучить своё мнение о «чём-то, что нравится Шинономэ».

Неожиданно, плотно закрытая дверь открылась. В открывшейся щели показалось лицо Кёске. Он не произнёс ни слова, случайным образом положив книгу в своей руке на одну из находящихся поблизости стопок книг. Затем он коротко посмотрел на Шинономэ.

— Так тебе нравится Маркес?

Спросил Кёске. Шинономэ наклонила голову и ответила.

— Да.

— Я чувствую это. Я читал твои работы, в конце концов.

Шинономэ покраснела и робко опустила голову, наверное, из-за смущения от того, что кто-то читает её работы. Кёске прошёл к компьютерному столу, чтобы просмотреть некоторые из последних книг, лежащих поверх стопки, вытащил одну из них и направился обратно к двери.

— Ах, подожди…

Осторожно позвала Кёске Шинономэ, когда тот положил руку на дверную ручку. Кёске лениво повернул голову назад.

— Каково ваше мнение… о моих произведениях?

Вопрос от Шинономэ прозвучал как гром среди ясного неба. Кёске прищурил глаза и рукой замял волосы наверх.

— Они чувствуются довольно сырыми.

— Понятно…

— Но это не значит, что я их ненавижу.

— Б-большое спасибо…

Прежде чем выйти за дверь, Кёске ответил поклонившейся Шинономэ «М-м-м».

Пока наблюдал за тем, как они разговаривали, было такое ощущение, будто я был единственным, кого оставили в стороне.

Для меня было удивительно видеть Шинономэ такой инициативной в получении мнения от других. Но опять же, возможно Шинономэ долгое время жаждала кого-то, с кем она могла бы обсуждать книги или романы. К сожалению, я не тот, кто может сделать это. Шинономэ уже должна знать.

Так что я подумал — «Шинономэ уже мог привлечь Кёске».

Он намного умнее, спокойнее и зрелее меня и ему также нравятся книги… Кёске обладает многими сильными сторонами, которых мне не хватает. Не будет удивительным, если он привлечёт Шинономэ.

— Хочешь уйти?

Мягко спросил я, чтобы она не осознала растущее во мне разочарование.

— Ах, м-м-м.

Шинономэ торопливо следовала за мной, так как я шёл быстро.

— Мой брат довольно странный, да?

Спросил я с повёрнутой к Шинономэ головой, пока мы спускались по лестнице. Часть меня на самом деле имела в виду то, что я сказал, хотя другая моя часть надеялась на то, что Шинономэ согласится со мной, сказав «Да».

— Неужели?..

Ответ Шинономэ прозвучал после минутного колебания.

— Лично я считаю, что он исключительный старший брат…

Я намертво остановился. Тело Шинономэ врезалось в моё, что заставило меня споткнуться. Я был близок к тому, чтобы упасть с лестницы, но Шинономэ в самый последний момент поймала мою руку.

— Что-то случилось?

Склонила голову Шинономэ, смотря на меня с повёрнутой к ней головой.

— Ничего.

Ответив это, я стряхнул её руку и вернулся к спуску по лестнице.

Слушая скрипящие звуки ступеней, я подумал про себя — «Я идиот».

Ответ на мой преднамеренный вопрос был тем, который я хотел услышать меньше всего. Я был взбешён тем, как вёл себя.

— Исключительный… Ну, ты права.

Пробормотал я голосом, который не достигнет Шинономэ.

Я уже давно знал это. Поставьте меня с Кёске бок о бок, и все выберут Кёске.

Отчаяние, которое я испытывал сейчас было в разы хуже того, которое я испытывал с Аруми. Главной причиной должно быть то, что мы говорим о Шинономэ. Шинономэ — одноклассница, девушка, которая на поверхности является моей подружкой, думает, что Кёске «исключительный». Это нечто, что я абсолютно ненавижу и не могу принять.

«Возможно, она просто была вежливой», — пытался несколько раз убедить себя я. Я очень хорошо знал, что она не из тех, кто опустит человека, когда его младший брат стоял прямо перед ней.

Но я всё равно не желаю слышать это.

Когда мы вернулись в гостиную, Аруми сидела в ней в ожидании, так как начала заваливать Шинономэ множеством вопросов, но я не собирался останавливать её. Я был спасён болтливой натурой Аруми. Бывали моменты, когда Шинономэ с беспокойством смотрела на меня, но я изо всех сил старался не произнести ни слова. Всё что я делал, это слушал разговор между Шинономэ и Аруми, и иногда подключающимся к нему Кёске, который курил и читал книгу позади двух девушек.

Настало время ужина, так что Аруми подала тушёное мясо, которое начала готовить ещё со вчерашнего дня. Шинономэ улыбнулась и сказала, что мясо было вкусным, но на мой вкус оно было пресным.

—иЭита, оно вкусное?

Когда я услышал вопрос Аруми, моим ответом стало простое.

— М-м-м.

У меня ушли почти все мои силы, чтобы сказать это.

Серьёзно… Какого чёрта, я делаю?